Как уже сообщалось, 22 апреля Президент РФ подписал федеральный закон,
регулирующий и уточняющий процедуры хранения, реализации и уничтожения
вещественных доказательств по уголовным делам. Потребность в подобных
законодательных мерах, цель которых — противодействие товарному рейдерству,
возникла несколько лет назад.
Напомним: во второй половине 2005-го — начале 2007 г. волна товарного
рейдерства докатилась и до рынка ИТ. По опубликованным тогда данным АП КИТ
(неполным, поскольку многие пострадавшие компании боялись предоставлять
информацию), в этот период жертвами товарных рейдеров стали десятки средних и
крупных ИТ-компаний, а доход только одной рейдерской группировки и только от
атак на ИТ-компании в 2006 г. превысил 60 млн. долл.
Как впоследствии стало известно, фактически сформировались устойчивые
криминальные группы с участием сотрудников правоохранительных органов, оценщиков
товара, чиновников РФФИ (Российский фонд федерального имущества, ликвидирован в
августе 2008 г.), руководителей аккредитованных при фонде фирм и сбытчиков
изъятого товара.
Одну из таких крупных рейдерских групп, вероятно, самую скандально известную
участникам ИТ-рынка, организовали Роман Чубатов и
Борис Лисагор. По версии следствия, в эту
группу входило около двух десятков человек*. После возбуждения уголовного дела
против этой группы летом 2007 г. ни одного серьезного случая товарного
рейдерства на ИТ-рынке, по данным АП КИТ, не было.
В мае 2006 г. для разработки проекта закона по противодействию товарному
рейдерству при Комитете Госдумы РФ по экономической политике,
предпринимательству и туризму была создана Рабочая группа (в нее вошли и
представители РАТЭК и АП КИТ). А в марте следующего года депутаты Елена
Панина, Владимир Плигин и Виктор
Плескачевский внесли на рассмотрение Госдумы соответствующий
законопроект (№ 406329-4).
В ходе предварительных обсуждений законопроект нашел понимание и поддержку
многих депутатов, попал в число приоритетных, авторы законопроекта надеялись на
его принятие Госдумой в первом чтении уже на осенней сессии 2007 г. Но сделать
этого не удалось — сначала законопроект надолго застрял на согласовании в
правительстве, потом появились другие поводы и причины для отсрочек...
Госдума приняла законопроект в первом чтении только в январе 2010 г., а в
третьем, последнем, 7 апреля 2010 г.
Вот как комментирует значение закона Алексей Галоганов,
президент адвокатской палаты Московской области, вице-президент Федеральной
палаты адвокатов России: «Госорганы, к сожалению, не всегда добросовестно
относились и относятся к сохранности изъятого имущества, в том числе
вещественных доказательств. Неурегулированность некоторых связанных с этим
вопросов деятельности госорганов ставит под сомнение соблюдение имущественных
прав собственников изъятого имущества, а также создает условия для роста
нарушений и злоупотреблений в данной сфере. По сути это антикоррупционный
законопроект.
Предложено внести изменения в статьи 81, 82 УПК, которые дополняют процедуры
сбора и хранения вещественных доказательств необходимостью составления подробной
описи изымаемого у собственника имущества и обязательной оценки имущества,
подлежащего реализации. Законопроект также предусматривает в статье 29 УПК
исключительные полномочия суда, в том числе и в ходе досудебного производства,
принимать решение о реализации отдельных видов вещественных доказательств.
Теперь только суд будет решать такие вопросы.
Законопроект также дополняет статью 8 закона „Об оценочной деятельности в
РФ“, обязывая проводить независимую оценку рыночной стоимости имущества и
предлагая ввести уголовную ответственность за использование оценщиком своих
полномочий вопреки задачам своей деятельности для извлечения выгоды и
преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам».
Для принятия этого законопроекта Госдуме потребовалось 3 года. «Это
ненормально, — уверен Алексей Галоганов. — Я следил за его прохождением, было
очень много препятствий со стороны силовых структур, всяческие поправки,
отсрочки... Многие организации и должностные лица, к сожалению, тормозили
принятие этого законопроекта».
В процессе прохождения в законопроект были внесены некоторые ослабляющие его
изменения, но даже в такой редакции, считают эксперты, он свою задачу выполнит.
«Но в полном ли объеме? — задается вопросом Алексей Галоганов. — Трудно сказать.
Практика покажет. Не исключено, что потом будут вноситься дополнительные
поправки с учетом его применения».
Сейчас в Московском городском суде идет процесс в отношении рейдерской группы
Чубатова — Лисагора. По делу проходят пять эпизодов с незаконным изъятием
товара, общая сумма ущерба пострадавших компаний превышает 500 млн. руб. В
процессе участвует Сергей Цыбаков, руководитель Комитета АП КИТ
по вопросам защиты собственности ИТ-компаний, генеральный директор компании
«Компоненты и системы». Весной 2007 г. компания стала жертвой одной из
рейдерских атак этой группы. В ходе незаконного обыска, после того как были
подброшены поддельные документы и печати, с ее склада незаконно изъяли, т. е.
фактически украли, товар на сумму свыше 200 млн. руб. и далее реализовали его по
«схеме РФФИ». Причем основным каналом сбыта выступала компания «Ультра
Электроникс» — на ее складах в Москве, Санкт-Петербурге, Перми и Казани
продавался незаконно изъятый товар**.
«Это уголовное дело освещается в центральных СМИ. Но информации немного,
поскольку дело рассматривается с участием присяжных заседателей в закрытом
режиме. Как известно, по существу слушание идет с сентября прошлого года, —
рассказывает Цыбаков. — Всего на скамье подсудимых 15 обвиняемых. По версии
обвинения, руководителями группы товарных рейдеров являются именно Роман Чубатов
и Борис Лисагор, „прикрытие“ осуществляли бывший прокурор Северо-Западного
административного округа Москвы Валерий Самойлов и Тушинский
межрайонный прокурор Борис Нерсесян, в
настоящее время находящийся в розыске. Также на скамье подсудимых бывший
следователь по особо важным делам Тушинской межрайонной прокуратуры
Павел Кирилин, бывшие сотрудники ОБЭП СЗАО Москвы, оценщик
товара из фирмы, в то время аккредитованной при РФФИ, и другие. Еще одному из
участников группы по фамилии Заяц (он же Шерман) городским судом Королёва
(Московская область) уже вынесен приговор и назначено наказание — пять лет
лишения свободы»***.
Итак, после трех лет усилий, в том числе и ИТ-сообщества в лице АП КИТ,
закон, противодействующий товарному рейдерству, наконец принят. О новых случаях
товарного рейдерства на ИТ-рынке не слышно уже почти три года. Хочется
надеяться, что мы о них не услышим больше никогда.
